— Письма?

Явно он был взбешен, а то, что она совсем ничего не понимает, казалось, только еще больше заводит его. Мужчина наклонился над ней, как ястреб над полевой мышью, так что пришлось откинуть голову назад, чтобы посмотреть на него. Он стоял против солнца, отбрасывая тень.

Это был высокий стройный блондин, очень модно одетый. Из-за темных очков она не видела глаз, поэтому решила, что они такие же злые, как и его лицо.

— Я не знаю, о чем вы говорите.

— Письма, милая, письма, — процедил он сквозь зубы.

— Какие письма?

— Не притворяйтесь!

— Вы уверены, что не ошиблись адресом?

Блондин сделал еще один шаг вперед.

— Я не ошибся адресом, — сказал он разъяренно.

— Конечно, ошиблись. — Ей не нравилось, что приходится оправдываться перед человеком, которого она совершенно не знает.

— Вы или пьяный, или сумасшедший, но в любом случае ошибаетесь. Я не тот человек, который вам нужен, и требую, чтобы вы немедленно ушли. Сию же минуту.

— Вы меня ждали. Я это вижу по тому, как со мной разговариваете.

— Я думала, вы из рекламного агентства.

— Нет.

— Слава Богу. — Ей не хотелось иметь дело с таким грубым и невоспитанным человеком.

— Вы прекрасно знаете, кто я, — сказал он, снимая солнцезащитные очки.

Марни изумленно посмотрела на него и непроизвольно отступила назад, потому что действительно узнала, кто это. Она подняла руку к груди, как бы пытаясь успокоить бешено бьющееся сердце, и прошептала:

— Ло.

— Верно. Ло Кинкейд. Именно так, как вы написали на конверте.

Она очень удивилась, увидев его после стольких лет всего в нескольких шагах от себя. На этот раз не в газете и не на телеэкране, он стоял перед ней наяву. Годы не изменили его внешности, Ло даже стал еще красивее.

Ей хотелось стоять и смотреть на него, но он взирал на нее с нескрываемым презрением, совершенно не узнавая.